Арнольд Шварценеггер

С таким дуболомным выражением лица претендуют лишь на роль в малобюджетной порнушке с платных каналов для взрослых. А он – звезда блокбастеров, чьи культовые фразы знают все подростки. С таким воспитанием вырастают семейными тиранами. А он – заботливый муж и нежный отец. С такими анкетными данными сидят в родном австрийском захолустье, смирившись с судьбой. А он губернатор Калифорнии. Арнольд Шварценеггер удивителен тем, что добился денег, славы и счастья, не имея никаких талантов за душой. Кроме одного – поразительной целеустремленности, сделавшей из истинного арийца настоящего терминатора.Действовал на нервы
Его отец – фашист, член НСДАП, состоял в штурмовых отрядах, служил в военной полиции, где имел чин гауптфельдфебеля. И нрав у папаши тоже был фашистский: двоих сыновей бил за дело и без дела, тягал их за уши и таскал за волосы. Детей Густав родил уже в зрелом возрасте, под сороковник, жену имел на пятнадцать лет младше – казалось бы, живи и радуйся! Но атмосфера в доме царила такая, что оба сына-погодка, Мейнард и Арнольд (родились в 1946 и 1947 гг.), старались там бывать пореже.
Мейнард был приспособленцем, ему попадало реже, Арнольд – задирист и неуступчив, ему влетало гораздо чаще. Неудивительно, что с десятилетнего возраста он мечтал сбежать в Америку. Что мог представлять о земле обетованной пацан из Таля – австрийского медвежьего угла, где женщины по сей день ходят в народных костюмах с рукавами-буфами, а большинство жителей дальше соседнего Граца не выезжали? Отрывки в обрывках – хохочущие лица с киношных афиш, пестрые пейзажи с этикеток консервных банок, скудные сведения от школьного учителя. Все это в голове вечно голодного послевоенного пацана сложилось в единую картину края сплошного счастья, где нет папы и каждый день дают мясо.
Ну мечтал и мечтал – каждый из нас в том возрасте грезил о несбыточном: кто о космосе, кто о безраздельном владении тележкой мороженщика. Потом проходило. У всех – но не у Арнольда Шварценеггера. Он свой путь наверх обдумал четко. Когда исполнилось 13 лет, отправился на велосипеде в Грац, где имелся атлетический клуб. Потому что Арнольд увидел на экране кино Рега Парка, знаменитого культуриста, и понял, каким должен предстать перед Америкой.
Клуб назывался «Либенауэр» – это было грязноватое неотапливаемое помещение: минимум снарядов, голые полы. В стене гимнастического зала зияла дыра, наспех заткнутая газетами. И вот посреди этого интерьера на первой же тренировке щуплый Арнольд повернулся к парню, пыхтящему с весами по соседству, и во весь голос заявил: «Ну, мне понадобится всего пять лет, чтобы завоевать титул «Мистер Вселенная». Все так и покатились со смеху
«Он был очень плохо сложен, – вспоминает один из тренеров, – со впалой грудью, покатыми плечами и неразвитыми ногами. Занимался с полуприкрытыми глазами и полуоткрытым ртом, будто витал в облаках, однако периодически отпускал презрительные замечания в адрес то одного, то другого культуриста. По правде говоря, он действовал нам на нервы».
Услышав о стероидах, ускоряющих рост мышц, Арнольд очень вдохновился.
Его тренер Марнул стал колоть подопечному примоболан 2-3 раза в неделю и давал в таблетках дианабол. «Арнольд принимал стероиды в дозах, приводивших других спортсменов в ужас, – рассказывал один из тренирующихся в ту пору в «Либенауэре». – Я видел, как он глотал по 8-9 таблеток дианабола за раз. Затем следовал большой глоток молока, пригоршня белковых таблеток – и он начинал тренировку». Одержимость Шварценеггера уже начинала пугать остальных. «Если вы велите мне съесть килограмм дерьма, чтобы оно превратилось в мышцы, я съем его», – повторял он тренеру. По субботам и воскресеньям клуб не работал. В первые же выходные Арнольд разбил там окно и с помощью стремянки проник в зал: он не желал делать перерывов.
В 18 лет его забрали в армию – водителем-механиком танка. Одержимый атлет тренировки не прерывал даже в ходе учений – из подручных материалов смастерил штангу и возил ее в танке: «Когда мы в течение шести недель участвовали в маневрах вдоль чехословацкой границы, мне приходилось водить танк по 15 часов в день, закачивать топливо с помощью ручного насоса, бороться с огромными топливными бочками и заниматься ремонтом. Мы спали в окопах или под танками и должны были вставать в шесть утра. Однако мы с приятелем вставали в пять, залезали в отсек для танковых инструментов, в котором хранили свои штанги, и до общего подъема тренировались еще один час. Я не могу представить более тяжелых условий для тренировок и поэтому утверждаю, что найти время и силы для занятий – это вопрос мотивации и заинтересованности».
Мотивации служить были слабее – поэтому однажды Арнольд свой танк утопил. И едва вылез сухим из воды, отмазавшись от этой неприятной истории, тут же ушел в самоволку – чтобы добраться до Штутгарта и участвовать в конкурсе на титул «Мистер Европа – 1965» среди юниоров. Он не мог не выиграть – в армии Шварценеггер впервые в жизни каждый день ел мясо, и мышцы его росли не по дням, а по часам.
По возвращении «Мистера Европа» упекли в карцер на неделю. Арнольд очень расстроился: каменная лавка была приделана к полу, а больше в камере тягать было нечего. Впрочем, до демобилизации оставалось всего ничего (в целом срок составлял год).
После службы домой он уже не вернулся – махнул в Мюнхен, где первое время даже спал в тренажерном зале, потому что денег снять квартиру не было. Но это нисколько его не заботило – он был уверен в великом будущем. Дури в голове и теле было столько, что Шварценеггера все время бычило: он вступал в драки практически каждый день: «Я был словно бык, который выгуливал свое мясо».
В 20 лет он становится самым молодым обладателем титула «Мистер Вселенная» и решает, что больше в Европе делать нечего. «В конце шестидесятых я был победителем. Я знал, что мое предназначение -это великие вещи. Я также знаю, что люди считают, будто бы даже думать так – это нескромно. Но «скромность» вообще не то слово, которое можно было когда-либо применить ко мне. И, надеюсь, оно никогда не станет таким».
Его звали Шварцшницель
В сентябре 1968 года Арнольд прибыл в страну мечты. На улице в толпе он выглядел карикатурно: раздутые мышцы, от которых трещала рубашка, характерная для культуристов дубовость тела, из-за которой повернуть голову можно только развернув весь корпус. Добавить сюда чудовищный немецкий акцент! Впрочем, на улице Арнольд бывал редко – осев в калифорнийской Санта-Монике, все время проводил в тренажерном зале, готовясь к новым конкурсам. «Я хотел обтесать привезенную из Европы мускульную массу, придать ей нужную форму».
В редкие минуты отдыха он шел на пляж
- снять девушку. Молодой Шварценеггер никак не был молодым Вертером: слова «романтика» не ведал и под словом «любовь» понимал разовое физиологическое отправление. Девушки, плотоядно пожирая глазами самую большую грудную клетку и самые большие бицепсы в мире, млели и соглашались на постель бесплатно.
В 1970 году Шварценеггер выигрывает в Нью-Йорке свой первый титул «Мистер Олимпия». И дальше начинает собирать урожай призов с завидной регулярностью. Параллельно он пытается протиснуться в кинематограф – хоть для этого и пришлось взять псевдоним: Арнольд Стронг – Арнольд Сильный. Родную фамилию прославить на первых порах не получалось: американские челюсти были не в состоянии ее выговорить, а американские мозги
- осилить ее смысл. Шварцшницель?
- переспрашивали при знакомстве одни. Какой-какой неггер? – озадаченно уточняли другие. А самые продвинутые уличали: но негр и без того черный – ну и странная у тебя фамилия, парень! Объяснить, что его фамилия на самом деле означает «черный пахарь» (Schwarzen-Egger), австрийцу не позволял скудный словарь.
В кино его взяли – на главную роль в картонной комедии «Геркулес в Нью-Йорке». Ходячей горе мышц предстояло играть ходячую гору мышц – так что все получилось. Говорить Арнольду запретили
- фильм озвучил другой актер. Но это уже был какой-никакой старт!
О доме Шварценеггер и думать забыл. Настолько – что когда в 1971 году в аварии погиб его брат (разбился в пьяном виде в 25 лет, оставив молодую вдову и трехлетнюю дочь), Арнольд на похороны не поехал. Не явился он и хоронить отца, умершего через год от инсульта – матери пришлось провожать супруга в последний путь в одиночку. Какие похороны?! Арнольд был занят по уши: все деньги от премий вкладывал в бизнес.
Необразованный и неотесанный, недалекий и твердолобый уроженец австрийской деревни вписался в американскую действительность как в родную. «Здесь, в Америке, все построено на деньгах. Спасибо тебе, Господи! Это всегда мне здорово помогало». Он основал строительную фирму Pumping Bricks, занимающуюся кладкой кирпича, стал продавать по почте витамины. «В Америке для бизнеса нет никаких препятствий. Скоро я преуспел в своих начинаниях. Еще у меня была идея открыть семинары по бодибилдингу, и тогда же я понял, что настоящее богатство могут принести вложения в недвижимость. Прежде чем вкладывать туда свои капиталы, я отправился на курсы, чтобы разобраться во всех тонкостях этого бизнеса».
Но главным приоритетом Шварценеггера в период с 1970 до 1980-х годов оставался спорт. Хотя роли в кино капали регулярно, зрители говорящую широчайшую мышцу за актера отказывались принимать. Так что ни славы, ни заработка это не приносило. Тогда как Шварценеггер-культурист оставался неоспоримым авторитетом. Доход спорт приносил ему исправно: «Семь раз меня награждали титулом «Мистер Олимпия», один раз – «Мистер Мир» и пять -«Мистер Вселенная». Все мои призы за бодибилдинг были вложены в дело».
Именно в роли звезды спорта Шварценеггер раздавал интервью, выступал в телешоу, выпускал в брошюрах ценные рекомендации типа: «Когда я работаю над бицепсами, я воображаю. Я рисую свою руку раздувающейся и заполняющей комнату. Это сумасшедшая мысль, но когда вы чего-то очень хотите, вы всегда видите это больше, чем оно есть на самом деле». Или: «Когда вы думаете, что ваш бицепс только мышца, вы подсознательно ставите ограничение в своем уме, которое для бицепса в пределах 50-52 сантиметров. Когда вы ограничиваете себя этим размером, очень трудно достичь заданного уровня. Излишне говорить о невозможности преодолеть этот замер. Но когда вы воображаете гору, психическое ограничение для роста бицепса исчезает и, следовательно, у вас есть шанс пойти дальше обычных умственных барьеров».
В эту пору он начинает заново изобретать себе биографию – гладкую, пафос-ную, не имеющую отношения к жизни, но зато достойную супергероя. Ее он излагает в своей книге . Читать этот слащавый патетичный труд способны только самые фанаты бодибилдинга. Из него выясняется, что семья у Арнольда «была здоровая, крепкая, где ценилось поддержание формы, хорошая еда, здоровый образ жизни». Что в клубе Граца он всех обожал и его все обожали: «Парни, которых я увидел в зале, были покрыты потом, от них исходил поток брутальной силы; в моем воображении они становились полубогами наподобие Геракла. Я ходил вокруг и смотрел на невиданные до сих пор мускулы, не зная даже их названия. Все это стояло перед моими глазами, я понял, что это моя жизнь, это то, что я искал».
Но о чем Шварценеггер поведал правдиво – это о своем невероятном эгоцентризме, который вкупе с твердой волей сделал из него человека-робота, лишенного чувств, одержимого только поставленной целью: «Я вычеркнул девушек из списка, оставив их только как инструмент для моих половых потребностей. Я также исключил своих родителей. Казалось бы, они всегда хотели меня видеть, но когда мы были вместе, им нечего было сказать. Я привык слышать определенный тип вопросов: «Что с тобой, Арнольд? Неужели ты ничего не чувствуешь? Неужели у тебя нет никаких эмоций?» Ну как на это ответить? Поэтому я всегда отмалчивался и пожимал плечами. Я знал, что то, что я делаю – не только оправдание, это – самое важное. С другой стороны, теряя в эмоциях в результате крайней сосредоточенности на культуризме, я верил, что выигрыш в главном позволит достичь равновесия. С самого начала я понял, что бодибилдинг – отличная карьера. Именно из-за этого я сильно изменился. Я преградил путь своим эмоциям и слушал только свое подсознание и инстинкт».
Десять лет Шварценеггер не давал шанса конкурентам взойти на заветный пьедестал. Но если сначала он давил их своими неоспоримыми физическими преимуществами, то под конец – цинично используя свой звездный статус. На турнир «Мистер Олимпия – 1980» Шварценеггер приехал в качестве спортивного комментатора. Однако в последний момент – в обход всех регламентов! – изъявил желание выступать, и никто из организаторов не посмел возражать. Жюри не посмело отдать победу другому На упреки прессы, что на сцене были претенденты и получше, Арнольд с обезоруживающей наглостью ответил: «Ну и что? Через год об этом уже никто не вспомнит. А я буду семикратным «Мистером Олимпия».
Все же после этой победы Шварценеггер из большого спорта ушел. Слишком много уже конкурентов дышали в затылок и наступали на пятки. Умом Арнольд не блистал, но крестьянское австрийское чутье заменяло его с успехом, и оно говорило, что пора искать себе новую цель. Уход Арнольд обставил эффектно
- учредив свой конкурс Arnold Classic с весьма существенными призами: 100 000 долларов, автомобиль «хаммер» и золотой «Ролекс». Мог себе позволить – верно вложенные деньги за спортивные победы сделали его к 30 годам миллионером.
У лошади мимика богаче
Кино Шварценеггер взял измором. В начале 70-х один из агентов сказал: «У вас чудовищный акцент и нелепая фигура -вам не стать актером». За последующие десять лет ничего не изменилось. Акцент не исчез (разве только запас слов увеличился), гипертрофированно раздутые мышцы по-прежнему резали на экране глаз, начисто лишенное пластичности лицо не было в состоянии выразить ни одно из простых человеческих чувств. Он смотрелся слоном в посудной лавке даже там, где речь шла о бодибилдерах – в документальном фильме «Качая железо» (впоследствии Арнольд купил права на эту ленту, чтобы изъять ее из обращения). В телефильме «История Джейн Мэнсфилд» Шварценеггер играл вдовца – и это была одна из худших ролей, когда-либо записанных на пленку.
Критики изгалялись вовсю. «Во всех фильмах, где он сыграл, Арни с блеском исполнил только одну роль – самого себя». «Меньше слов, чем Арнольд Шварценеггер, сказала в кино только шотландская овчарка Лесси».
Но к началу 80-х Шварценеггер уже не был просто спортсменом, известным лишь в узких кругах, – он был звездой. Поэтому ему была доверена роль в фильме «Конан-варвар» с бюджетом 20 миллионов долларов (чудовищная сумма по тем временам). Деревянный Арнольд исполнил ее, не изменяя себе. Но хотя критики опять поупражнялись в остроумии («Лошадь, на которой сидел Шварценеггер, сыграла гораздо лучше»), зрители приняли фильм на ура. Начиналась эра моды на фэнтези – и Арнольд попал в струю. Для ходульных героев этого жанра умение Австрийского Дуба проявлять две эмоции
- каменное лицо и зверскую рожу – было достаточным.
Продолжение фильма – «Конан-разрушитель» (1984) – закрепило успех. Затем последовал «Терминатор» – и больше уже никто в мире не мог бы разубедить Арнольда, что он не талант. Секретами игрового мастерства он поделился с журналом Penthouse: «Я люблю сниматься там, где много действия, но если надо долго быть в комнате или вести длинные разговоры, это не по мне».
Если «Конан» сделал Арнольда популярным, то «Терминатор» вывел его на орбиту суперзвезд. Эта роль приклеилась к нему на всю жизнь — примерно так, как это происходило с советскими актерами, сыгравшими Ленина. «В роли Терминатора он достиг границы своих возможностей», – не удержался от ехидства Ван-Дамм.
А вот что говорит сам Арнольд: «Не знаю, почему, но Терминатора все любят. В отличие от полицейских. Может быть, потому, что все хотели бы иметь его в своем пользовании, чтобы решить с его помощью все проблемы. Детишки мечтают прийти в школу с маленьким Терми и повыпендриваться. Это ведь очень круто – ты говоришь машине, что делать, и она делает.
Кино для меня – это бизнес. И ничего больше. В Голливуде много актеров-мужчин, которые ищут роль. Хороших актеров. Но меня это не смущает. Меня приглашают в студии потому, что я не
Я пришел дать вам волю
К политике его логично привела женитьба. Для выходца из нищей австрийской глубинки это было верхом исполнения Американской Мечты: Арнольд женился на Марии Шрайвер – племяннице президента США Джона Кеннеди, и таким образом приобщился к самому знаменитому политическому клану страны.
Правда, клан этот традиционно является символом демократической партии, а Арнольд сделал ставку на республиканскую партию. Но кого могут смутить эти детские игры в «кошки-мышки»? Разве только американских обывателей. Однако Шварценеггер знает, как разрядить обстановку. Был у него, помнится, соотечественник, отлично манипулировавший толпой с помощью позерства и патетики. Оба эти свойства Арнольду родные: не зря, получив американское гражданство, он повязал себе на плечо американский флаг и так разгуливал весь день.
«Как-то очень давно я слушал речь Никсона. Он говорил о свободе предпринимательства, снижении налогов, укреплении армии. То, как он говорил, было для меня глотком свежего воздуха. Я спросил кого-то: «Из какой он партии?» И мне ска-
своего участия в губернаторских выборах. Шанс представился неожиданно – в 2003 году губернатор Калифорнии демократ Грей Дэйвис был отозван с должности. В тот момент Арнольд как раз рекламировал третьего «Терминатора» -и сделал все, чтобы закрепить свой политический образ с киношным. Он говорил сопернику – hasta la vista, обещал – I’ll be back, и в итоге получил 48% голосов, став 38-м губернатором Калифорнии.
«Я стал политиком, чтобы спасти Калифорнию», – заявил Шварценеггер журналистам. Спасать было что: штат находился в энергетическом и финансовом кризисе. «В предвыборную кампанию я вложил собственные 25 миллионов, и мне не пришлось ни у кого просить помощи. Других это убедило, они не побоялись в меня вкладывать. Я могу честно тратить деньги и быть независимым».
Первым делом он сдержал предвыборное обещание – отменил непопулярный транспортный налог. Под его умелым руководством штат наконец-то вылез из финансовой ямы. Вместе с тем некоторые решения Арнольда считаются весьма спорными. Он связался со скандальной компанией ENRON, активно противодействовал легализации одноПресса: «Помнится, вы как-то сказали, что здоровье мужчины – «гирька и койка». Не изменили позицию?» Шварценеггер, сквозь зубы: «Это был пиар-ход, довольно неплохой. А вы не поняли?» Пресса: «А как сегодня насчет вашей интимной жизни? Когда снимался «Конан-варвар», вы говорили, что больше любите трахаться, чем драться». Шварценеггер, ледяным тоном: «Я восхищаюсь женщинами, нет ничего прекраснее на свете. Без них меня бы тоже не было. И я счастлив, что самая прекрасная женщина в мире стала моей женой». Пресса: «А правда, что ваша жена две недели отказывала вам в сексе, когда вы голосовали за Буша?» Шварценеггер, вставая: «Что, так понравилась шутка? Отлично. Шутки должны нравиться народу. Интервью закончено».
Да, с буйным разгулом молодости покончено навсегда: отныне Австрийский Дуб – респектабельный гражданин, отличный муж и заботливый отец. Жена, усыпанная бриллиантами уже с утра, как рождественская елка (именно в таком виде Мария Шрайвер дает интервью журналистам), с гордостью рассказывает, какой он замечательный муж и отец, какую дисциплину установил для четырех детей – двух мальчиков и двух девочек. Пробуждение в шесть часов, затем пробежка по футбольному полю, после -обливание холодной водой. Если Арнольд видит разбросанную детскую одежду, то
бросает ее в камин. Своих отпрысков он не лупцует. Однако если они начинают слишком уж баловаться и не обращать на его увещевания внимания, в Арнольде просыпается сын гауптфельдфебеля и он орет по-немецки: «Айн!» Дети мгновенно затихают и на счет «драй» становятся уже как шелковые.
Впрочем, растиражированный пиар-службой губернатора образ почтенного мужа и высокоморального типа не мешает многочисленным истицам обвинять Шварценеггера в сексуальных домогательствах. В 2003 году во время его избирательной кампании нашлось сразу 16 женщин, которые утверждали, что Арнольд приставал к ним. Две из них до сих пор не отозвали свой иск. Женщины утверждают, что Австрийский Дуб задирал им майки, хватал за грудь и ягодицы – эти случаи имели место на съемочных площадках и в спортивных залах в период с 1979 по 2000 год. Для ответчика судебные издержки по искам о харрасменте уже составили около 600 000 долларов. Это, конечно, капля в море для мультимиллионера Шварценеггера, который даже отказался от губернаторской зарплаты (175 тысяч долларов в год) в рамках кампании по сокращению расходов. Однако репутации подобные истории урон наносят изрядный.
Оппозиция, использовавшая вовсю этот компромат наряду с другими, добилась существенного падение рейтинга губернатора. Тем не менее в 2006 году его переизбрали на второй срок. Полномочия Шварценеггера истекают в 2011 году, и, согласно конституции штата Калифорния, он не имеет права баллотироваться на третий срок.
Что будет делать Арнольд потом? Некоторые утверждают, что он вернется в Голливуд. Это вряд ли. И дело не в том, что Шварценеггеру уже стукнет 64 года. И не в том, что при современных технологиях там уже без него продолжения «Терминатора» спокойно клепают, используя оцифрованный образ актера. Просто до сих пор Арнольд Шварценеггер свою позицию выдерживал четко: уходя – уходи.
«А что я в кино еще не видел? Я переиграл массу ролей, сражался с террористами, диктаторами, инопланетянами – даже с самим Сатаной. Нет, поймите меня правильно: период моей работы в кино – это было просто здорово. Но до кино я занимался бодибилдингом, и это тоже было здорово, а потом я попал в шоу-бизнес и забыл о нем. Так и сейчас, став губернатором, я перешел в абсолютно другую стадию жизни, поэтому мое актерское прошлое мне уже неинтересно. Просто пришло время оттуда уходить, вот я и ушел. Ведь жизнь – она одна, и ты должен попробовать в ней столько профессий, сколько сможешь».